146 млрд рублей за разлив топлива: чему дело «Норникеля» учит каждое предприятие

Авария в Норильске остаётся главным ориентиром судебной практики по возмещению экологического вреда. 29 мая 2020 года на ТЭЦ-3 Норильско-Таймырской энергетической компании, дочернего предприятия «Норникеля», разрушился резервуар с дизельным топливом: десятки тысяч тонн нефтепродуктов попали в почву и реки. Арбитражный суд Красноярского края взыскал с компании около 146 млрд рублей — крупнейшую сумму возмещения экологического вреда в российской истории, и компания её выплатила.

Как считали ущерб

Росприроднадзор рассчитал вред по утверждённым методикам — отдельно для водных объектов и почв. Ключевую роль сыграли повышающие коэффициенты: ведомство применило максимальные значения, сославшись на длительность воздействия и непринятие своевременных мер. Компания предлагала свою оценку — около 21 млрд рублей — и настаивала на «натуральном» возмещении, то есть зачёте собственных затрат на ликвидацию последствий. Суд, как отмечал «Интерфакс», поддержал позицию надзорного ведомства практически по всем пунктам: максимальные коэффициенты устояли, а большую часть заявленных расходов на ликвидацию в зачёт не приняли.

Почему доводы компании не сработали

• Зачёт затрат — не автоматический. Расходы на ликвидацию аварии учитываются только при доказанном восстановительном эффекте и надлежащем документировании;
• натуральное возмещение — исключение, а не право нарушителя: суд назначает его при наличии утверждённого проекта восстановительных работ;
• техническое состояние оборудования — зона ответственности владельца: износ резервуара не смягчает, а отягчает позицию;
• скорость и прозрачность реагирования влияют на коэффициенты расчёта вреда.